Развитие авторской песни

Юлий Ким (известный автор-исполнитель), писал о возникновении авторской песни так: «В 50-е годы на фоне надоевшей уже тотальной лжи, в которой жило наше общество, естественно, возникла мощная потребность в правде. И не удивительно, что за дело сочинения песен взялась сама «публика», потому что у композиторов не было ни малейшего навыка, ни малейшего опыта для выражения этих новых интонаций, которые зазвучали в голосе нашего поколения. Графомания охватила всех... Произведениями же искусства можно называть лишь более поздние песни. А тогда зазвучали неслыханные ранее доверительные, личностные, искренние интонации, причем не только в песне, но и в поэзии, и в театре».


Авторскую песню 40 - 50-х годов можно назвать самодеятельной. Импульс к развитию данного направления дал музыкально-поэтический опыт предыдущих поколений, возможно, в какой-то мере фольклор, городской романс. Хотя, конечно же, у бардовской песни был новый стимул к творчеству, новая социальная задача, новые формы, обусловливавшиеся политической ситуацией в России. Несомненно, что бурный всплеск народного творчества произошел из-за ослабления тоталитарного гнета, так называемой «оттепели».


Авторская песня рождалась в узком кругу самых близких друзей и исполнялась не на большой сцене, а камерно. По словам Л. Гурзо: «Многие барды впоследствии говорили, что они «вышли из дворов» в раннем периоде их творчества» [48] (Михаил Анчаров, Юрий Визбор, Владимир Высоцкий). В силу этих обстоятельств рождалась неподдельная искренность, которую не нужно было афишировать. Да это было в то время еще и опасно.


Чаще всего песни бардов написаны в повествовательном стиле. Анчаров писал: «Авторская песня - это не музыкальное явление, это музыка со словом. Было время, когда менестрельное искусство ютилось у нас где-то на обочине, существовало полуподпольно - полулегально, не получая подлинного признания; ему сопротивлялись. Почему? Да потому, что авторская песня, в отличие от бездумных эстрадных шлягеров, несет в себе слово. Ну, а слово-то это вольное, неподконтрольное, неотредактированное. И многим оно не по вкусу".

Во второй половине пятидесятых – начале шестидесятых годов у русской поэзии появилось новое, параллельное русло. Его создали «поющие поэты» — авторы стихов и музыки своих песен, являвшиеся одновременно их исполнителями (как правило, под аккомпанемент гитары). В одних случаях это были профессиональные поэты, сочетавшие песенное творчество с созданием непесенных стихотворений (Булат Окуджава, Александр Городницкий, Новелла Матвеева). В других случаях — авторы песен, именно в этом жанре реализовавшие свой поэтический талант (Юрий Визбор, Владимир Высоцкий, Юрий Кукин, Евгений Клячкин и многие другие). Песни такого рода поначалу исполнялись в дружеских компаниях, в туристских походах и геологических экспедициях, зачастую они предназначались для узкого круга, и прямой контакт исполнителя и слушателей создавал неповторимую, неформальную и доверительную атмосферу.


Со временем некоторые из авторов песен начали выступать с публичными концертами (чаще всего неофициальными или полуофициальными). Еще больше расширили их аудиторию магнитофонные записи, сделанные как во время публичных, так и во время домашних концертов. Внедрившиеся в быт магнитофоны подорвали монополию власти на распространение звучащей информации, которая до тех пор проходила только через радио, телевидение и пластинки под строжайшим цензурно-идеологическим контролем. Как одна из разновидностей неподцензурного «самиздата» сформировался так называемый «магнит-издат». Поющих поэтов стали слушать (и петь) тысячи незнакомых им людей по всей стране.


Вскоре начались споры о том, как обозначить, как назвать новое общественно-художественное явление. Появилось выражение «самодеятельная песня», возникли КСП (клубы самодеятельной песни), стали проводиться многочисленные слеты и фестивали. В основе своей это было естественно возникшее молодежное движение со свободно-демократическими принципами и законами, однако власти пытались регламентировать работу клубов, навязать слетам и фестивалям комсомольские вывески и лозунги. Это позже вызвало неприятие термина «самодеятельная песня» со стороны независимо настроенных участников движения, и прежде всего со стороны тех авторов, которые не без оснований считали себя не «самодеятельными» сочинителями, не любителями, а профессионалами в искусстве.


Когда поющие поэты появились на радио, то посвященная им передача радиостанции «Юность» получила полушутливое наименование «Барды и менестрели» (были использованы старинные западноевропейские названия певцов-поэтов, о которых мы писали выше).

Из этих двух слов в обиходе прочнее укоренилось слово «бард»: им до сих пор продолжают называть тех, кто сочиняет песни и сам исполняет их, аккомпанируя себе на гитаре (в этом значении слово «бард» живет и в ряде иностранных языков). Однако самым общепринятым стало выражение «авторская песня», впервые употребленное, по-видимому, журналисткой Аллой Гербер (по другой версии В. Высоцким) на страницах журнала «Юность». Это выражение приняли многие, его согласились применить к своей работе такие лидеры и авторитеты АСМТ, как Окуджава, Галич и Высоцкий. Поэтому понятие «авторская песня» (как вариант - бардовская, что, в принципе, одно и тоже) дожило до нашего времени и даже вошло в справочные издания.
Бесполезно теперь спорить с этим обозначением, придираться к его внутренней смысловой противоречивости, к тому, что «авторскими», строго говоря, являются все песни, за исключением фольклорных, поскольку у них есть авторы музыки и стихотворного текста (допустим, Дунаевский и Лебедев-Кумач). Любой термин несет в себе ту или иную степень условности, соглашения между теми, кто им пользуется. Достаточно того, что под выражением «авторская песня» большинство говорящих подразумевают примерно одно и то же.


Обычно термин-название появляется позже, чем сам феномен, им обозначаемый. Сложно указать момент возникновения жанра: некоторые предлагают в этом качестве «Бригантину» Павла Когана и Георгия Ленского. Наряду с «Бригантиной» к числу таких «первых ласточек» относят также песни «Баксанская» (1943) А. Грязнова, Л. Коротаевой и Н. Персиянова на известную мелодию Б. Терентьева, «Барбарисовый куст» (1943) Н. Моренца, «Глобус» (1947) М. Светлова на мелодию М. Львовского. Некоторые напоминают о Вертинском, а кто видит первого «барда» в Денисе Давыдове... Если увлечься подобными ретроспективными поисками, то в конце концов можно добраться и до древнегреческой поэзии, исполнявшейся, как известно, под аккомпанемент кифары (предшественницы гитары). Но здесь необходимы разумные пределы. Песня, как таковая, предшествовала рождению всех поэтических жанров и является их общим источником. А тот тип песни, о котором у нас идет речь, сформировался именно в годы так называемой «оттепели» и отчетливо противопоставлял себя песням другого типа.


Авторская песня возникла как альтернатива «советской массовой песне» — жанру тоталитарного искусства, создававшемуся композиторами, поэтами и певцами. Среди деятелей литературы и искусства, работавших в этой области, было немало талантливых людей. Но никто из них не был автором песни в полном смысле слова. Композитор должен был порой класть на музыку совершенно безразличные ему тексты. В других случаях стихотворец сочинял слова на готовую ритмико-мелодическую схему. Не вполне свободны были в выборе репертуара и певцы. Мы не беремся здесь оценивать достоинства и недостатки, плюсы и минусы массовой песни (имевшей «общественно-политическую» и «эстрадно-лирическую» разновидности) — это особая эстетическая проблема. Но совершенно очевидно, что именно в противовес такому типу песни та, о которой у нас идет речь, предпочла назвать себя «авторской». Один человек сочетает в себе, как правило, автора мелодии, автора стихов, исполнителя и аккомпаниатора — вот признак авторской песни как культурного феномена. А доминантой здесь является стихотворный текст, ему подчинены и музыкальная сторона, и манера исполнения. Между прочим, это четко осознано музыковедами: «В связи с главенствующим значением текста творцами авторской песни являются обычно не музыканты, а поэты». Мы бы даже сказали, что еще не осознанно обществом в целом, и литературоведами в частности, что поэзия второй половины ХХ века является продолжением серебрянного и золотого веков русской поэзии.


Поскольку среди творцов авторской песни существуют те люди, которые сочиняют и музыку, и текст, сами исполняют, то логично предположить, что есть и такие, которые предпочитают что-либо одно или прибегают в чем-то к помощи других. Так, например, Александр Городницкий сочиняет стихи, мелодию, исполняет свои песни, но при этом аккомпанирует ему кто-то другой. Авторскую песню сложно представить без Дмитрия Сухарева, хотя он сочиняет только тексты, мелодии его песен принадлежат чаще всего Виктору Берковскому и Сергею Никитину, которые не пишут стихов, но как композиторы и певцы являются своего рода классиками, вошедшими навсегда в историю авторской песни. С «чужими» стихотворными текстами работают Александр Дулов и Александр Суханов. Нередки были случаи, когда барды исполняли песни друг друга, что порой создавало путаницу и недоразумения по поводу авторства. Наконец, в движении КСП появился целый ряд певцов-исполнителей: благодаря им песни Юрия Визбора, например, звучат сегодня не только в записях, но и в разнообразных творчески-исполнительских интерпретациях. Некоторые пробуют исполнять песни Булата Окуджавы. Но все эти интересные «отклонения» не меняют сути дела. Исключения лишь подтверждают общее правило.


Доминантная роль поэтического текста определяет и критерий оценки авторской песни. «Эстрадную песню часто любят исключительно за музыкальные аранжировки, за исполнение, а «тексты слов» (по шуточному выражению Юлия Кима) во внимание принимаются тут реже» . Авторская же песня в первую очередь оценивается в зависимости от качества стихотворного текста. Такая система ценностей сложилась в мире бардовской песни именно в те годы, которые мы определили как начало этого явления.


Авторскую песню нередко называют «жанром», однако надо учитывать, что слово «жанр» в этом случае употребляется не в строгом литературоведческом смысле. В литературе существует жанр песни, к которому в равной мере принадлежат и «Хуторок» Алексея Кольцова (положенный на музыку разными композиторами), и «Подмосковные вечера» М. Матусовского (музыку к которым сочинил В. Соловьев-Седой), и «Полночный троллейбус» Б. Окуджавы (с мелодией, принадлежащей самому поэту). Песня - это словесно-музыкальное произведение, словесная сторона которого - независимо от качества - принадлежит области поэзии, сфере художественной литературы.


Кроме того, многие песни соотносятся с иными литературными жанрами, взаимодействуют с ними. Бывают песни-баллады (слово «баллада» нередко выносили в названия своих произведений Анчаров, Галич, Высоцкий — у каждого из них «балладность» претворялась по-своему). Авторской песне нередко присуще драматургическое начало, отсюда - песенные монологи, диалоги, сценки. Возможны и целые песенные поэмы (например, у Галича).


Авторская песня в комплексном смысле — это многогранное социокультурное явление, в известной мере — общественное движение, зародившееся в 50-е гг. XX века. Оно еще не достаточно изучено со всех сторон и еще только будет предметом исследований специалистов самых разных областей: музыковедов, культурологов, социологов, историков. Драматург Александр Володин назвал бардовские песни «фольклором городской интеллигенции». Слово «фольклор» здесь было употреблено слишком условно (авторская песня – это творчество индивидуальное, а не коллективное), но огромная роль авторской песни в истории русской интеллигенции бесспорна.


Авторская песня явилась одной из форм противостояния мыслящей части общества коммунистическому режиму. Отнюдь не все барды были политическими диссидентами, как Галич. Творчество, скажем, Новеллы Матвеевой или Юрия Кукина вполне аполитично. Но всех творцов авторской песни объединяют уважение к человеческой индивидуальности, мечта о таком обществе, где права личности признаются не на словах, а на деле, где свобода мысли считается нормой, а не аномалией. Именно это вызывало страх и ненависть тоталитарного режима к самой фигуре человека, который без спросу и разрешения «сверху» делился с другими людьми своими заветными, самостоятельными мыслями, выражая их в стихах, положив на музыку и взяв в руки гитару. Недаром с конца шестидесятых годов авторская песня вынуждена была перейти на полулегальное положение: ее вытеснили из радиоэфира, почти не допускали на телеэкран. Травле в официальной прессе подвергались Окуджава и Высоцкий, вынужден был эмигрировать Галич. Концерты бардов организовывались с неизменным риском и тщательно контролировались «личностями в штатском». Теперь многим даже трудно понять, почему визборовский «Разговор технолога Петухова...» в 1964 году вызывал такую панику у идеологических начальников, а тогда малейшее, пусть шутливо выраженное сомнение в том, что наша страна «впереди планеты всей», было преступной крамолой. 

Немалую роль сыграла здесь и элементарная зависть «законопослушных» поэтов, чьи книги выходили благополучно, но по известности, по проникновению в людские души никак не могли сравниться с бардовской поэзией. Они стремились доказать, что песня — это не поэзия, что к литературе относится только то, что напечатано на бумаге.


В период «перестройки и гласности» все искусственные преграды были устранены, и авторская песня обрела полноправное право на существование: стали официально выпускаться пластинки бардов, живых и уже ушедших из жизни, публиковаться стихотворные сборники. В этой новой ситуации полной свободы личности, за которую боролось движение авторской песни, когда казалось, что открывается перед движением множество перспектив для свободного, неподцензурного творчества, некоторые корифеи движения заговорили о «смерти» авторской песни, не видя смысла в его дальнейшем существовании. Есть мнение, что авторской песней надлежит считать только то, что написано до начала 90-х годов, и где-то в этом времени надо поставить окончательную точку. Так смотрели на ситуацию на рубеже 90-х годов многие творцы авторской песни, включая ее патриарха Булата Окуджаву, и ряд ее исследователей, в частности, Андрей Крылов. Б. Окуджава считал: «Не будет ошибкой сказать, что авторская песня идет от городского романса, от Аполлона Григорьева, еще раньше – от Дениса Давыдова. В XX веке из известных образцов, может быть, не стопроцентная, а все же есть связь с Александром Вертинским. Потом был некий вакуум, но традиция жила, она существовала и в конце 50-х годов вырвалась из подсознания, что ли, культуры... С легкой руки ЦК комсомола - там всегда быстро находят термины для явления, которое считают нужным прибрать к рукам, - стали нас звать бардами и менестрелями. Я же всегда имею в виду поэтов, напевающих свои стихи под аккомпанемент. Не барды, не менестрели... а поющие поэты или – точно, по-моему, придумал Владимир Высоцкий: авторская песня. Это понятие охватывает и молодых самодеятельных композиторов, сочиняющих музыку к чьим-то стихам, и, как правило, к хорошим стихам, и исполнителей, поющих кем-то созданные песни, но в данной традиции…


Движение это было гонимо, гонимо не только потому, что оно было необычно или непривычно по своей форме. Оно было подозрительно прежде всего с точки зрения различных политических и социальных соображений или, как тогда считалось, — соображений безопасности общества. Поэты — люди страдающие. От соприкосновения с действительностью они, бывает, кричат. Действительность не всегда симпатична и привлекательна, вот они и кричат...


Тогда, в конце 1950-х, эта обнаженность крика и слез была нонсенсом, и с этим боролись. А песня, несмотря на это... росла. Где она росла? В небольших комнатах, в тесных компаниях, в компаниях мыслящих людей, которым оказалась небезразлична и близка боль поэтов. Их песня выражала то, о чем люди думали про себя... Песня распространялась с помощью магнитофонных лент, что оказалось стихийным бедствием для тех, кто не желал ее распространения: остановить движение было невозможно. Таким было наше начало и недалекое продолжение. А потом к этому стали привыкать, постепенно жанр вышел на подмостки, хотя какое-то время по-прежнему существовал полулегально...


Позже, когда начались публичные выступления, возник процесс «притирания к эстраде». Эстрада кое-что заимствовала у авторской песни, она стала вроде бы углубленней, с претензией на размышление; авторская же песня стала упрощенней, примитивней, доходчивей и... безопасней. Постепенно она растворялась — явление становилось массовым; потом, как все умирает, умерло и оно.


Теперь я особенно не раздумываю об авторской песне: по моему мнению, сегодня ее больше нет. Есть массовое явление, потерявшее главные привлекательные черты, сделавшие его в свое время «властителем дум» очень многих людей. Сейчас все играют на гитарах, пишут стихи (в большинстве своем плохие), поют их. Публика уже привыкла к человеку с гитарой. И каждый, кто берет в руки гитару, называется бардом, и название это тоже нравится. Ко всему этому я лично не испытываю интереса. Считаю – жанр умер. Он оставил по себе добрую память, оставил имена и творчество нескольких истинных поэтов; как это всегда бывает, слабое ушло, сильное осталось, ну, и надо ценить и помнить то, что родилось и существовало в рамках данного жанра...» .


Мнение столь авторитетного автора-исполнителя мы не можем оставить без внимания. Окуджава жил в тоталитарном государстве и ему, как и многим в те переломные годы (конец 80-х - начало 90-х), казалось, что с исчезновением коммунистической диктатуры исчезнет противостояние власти и народа, не будет проблем, с исчезновением монстра-государства новые чудовища не появятся. Это не так. КПСС сменили новые политические партии, новая пропаганда, мировые корпорации и религиозные идеологи навязывают нам то, что отвечает их интересам, многократно возросли возможности тотального контроля. Тем для песен стало больше, а то, что кто-то не видит или не хочет видеть этого, обусловливается рядом причин. Высказывания различных известных авторов-исполнителей о «смерти» авторской песни вызваны ревностью, ревностью к молодости, к молодым, более талантливым, но менее известным авторам. К тому же авторской песне присущи не только бунтарские темы, обличительный характер, но и вечные общечеловеческие (любовь, смерть, добро, зло и т. д.) «Авторская песня давно пережила просто «бряньконье» на гитаре. Современная авторская песня использует все возможности создания и исполнения песен, подобно профессиональной».


Мнения, высказанные по поводу исчезновения авторской пасни, мы можем охарактеризовать сейчас лишь как факт истории АМСТ, не больше. Ситуация неопределенности и тревоги за будущее в начале 90-х годов объясняется общей неблагоприятной социально-политической и экономической ситуацией в стране. По мере выхода общества из кризиса в целом, выходит из него и авторская песня, несомненно, обновленная, приобретшая новые черты, но не утратившая своего сущностного смысла.


То, что создавалось в рамках жанра в советское время не равноценно по художественно-творческим критериям: есть здесь и произведения посредственные, и просто неудачные. Со временем они забудутся, а лучшее останется. Хотя мы считаем, что процент доброкачественных произведений оказался достаточно велик, по крайней мере выше, чем в официальной песне. Авторская песня во многом спасла русскую поэзию, благодаря творчеству бардов в годы так называемого «застоя».


В начале 90-х годов, вслед за перестройкой, раскованность в политике привела к раскованности мнений, что естественно должно было, в свою очередь, отразится на бардовской песне. Когда свобода слова была запрещена (вспомним хотя бы А. Галича, Б. Окуджаву, которых выслали из страны), авторы всеми силами пытались преодолеть этот барьер, через слова часто сквозило критическое отношение к тирании правительства. Сейчас же о политике вспоминают реже, хотя тема власти не ушла полностью из бардовской песни.


В конце 90-х годы начинается мощное развитие фестивалей авторской песни, организовываются все новые центры. Это дает возможность каждому автору попробовать себя. Авторская песня стала носить массовый характер. В этом есть свои минусы и свои плюсы.


Продолжает существовать Санкт-Петербургский клуб «Восток», которому в 2001 году исполнилось 40 лет. Жюри в нем по-прежнему прослушивает множество авторов, для чего и были созданы «мастерские». 

Уходит в прошлое магнитофонная форма существования авторской песни. Авторская песня меняется, размножаясь в компакт-дисках и видеофильмах, по Интернету, свободно печатаясь в журнальных и книжных изданиях. Стираются многие границы между бардовской песней, рок-поэзией, эстрадой: взаимные заимствования в плане музыки, текстов возможно когда-нибудь и приведут к слиянию жанров, но если такое и произойдет, то очень не скоро, потому как не преодолены еще многие преграды, разделяющие их. Возможно, что слияния и не произойдет.


«Авторская песня родилась на московских кухнях в начале шестидесятых и умерла, оставив несколько имен». Слова эти принадлежат Булату Окуджаве, уход из жизни которого придал им новое звучание...
Этот оригинальный литературно-песенный жанр, который получил название авторской песни, возникший в советском обществе во время хрущевской «оттепели», многократно запрещавшийся властями и наряду с самиздатом породивший «магнитофониздат», раскритикованный многими виднейшими профессиональными композиторами и поэтами того времени за «непрофессиональность», кардинально меняется. После перемен, прошедших в обществе в начале 90-х гг. ХХ века, изменивших общественное сознание, жизнь социума, авторская песня сравнялась в правах с профессиональной. Для многих она осталась лишь как память о прошлом, о молодости, о студенчестве, как неразрывная составляющая их прошлой жизни.


После общекультурного спада, который наблюдался в России (и в частности в г. Тюмени) вначале и середине 90-х гг. ХХ века, что дало повод некоторым исследователям явления авторской песни говорить о нем в прошедшем времени, как мы уже говорили, наступил, и в настоящее время продолжается, всевозрастающий интерес к ней. Есть небезосновательное мнение, что движение превзойдет по своим масштабам прежнее, советское. Это обусловливается отсутствием цензуры, увлечением АМСТ традиционно в основном за счет молодежи (студенты), формализацией движения, финансированием его из разных источников. Массовыми тиражами выходят диски классиков жанра (Галича, Высоцкого, Окуджавы и др.) Мы считаем, что наши современники тоже со временем сравняются по популярности с корифеями, творившими в прошлом. Телевидение и радио все чаще предоставляют эфир представителям авторской песни. Вышедшие из подполья КСП, регулярно собирает фестивали и конкурсы по всей России. Местные власти понимают необходимость способствовать развитию бардовского движения, что, безусловно, положительно скажется на их имидже. Снова полны концертные залы в Москве, Петербурге, Тюмени и других городах. Главный в нашей стране фестиваль авторской песни памяти Валерия Грушина, запрещавшийся ранее, собрал в прошлом году на берегу Волги под Самарой более ста сорока тысяч участников. Даже за границей (Украина, Израиль, Германия и т. д.) наши бывшие соотечественники проводят фестивали и конкурсы АМСТ, иностранцы приезжают в Россию для участия в отечественных мероприятиях в области АМСТ. 

Кажущаяся «смерть» авторской песни на самом деле иллюзорна и по причине объективного исчезновения официальной, одобренной государством, песни. Из официальных остался только гимн. Все мы помним как его долго принимали в качестве таковой. Ни о каком конвейере, отлаженной машине по производству пропагандистских песен в настоящее время не может идти и речи (как это было в советское время).


Хотелось подчеркнуть в этой связи и такой момент: профессиональная эстрада, освободившись от «идеологических оков» стала ближе к авторской песне. Многие исследователи отмечают то, что традиционная приставка «авторская» к термину «авторская песня» нелепо, т. к., если вдуматься, то получается, что любая песня – авторская, т. е. имеет автора. Мы настаиваем, что термин имеет право на существование в будущем, т. к. в сознании людей четко укоренилось представление о песне такого рода, о ее специфике, которая видится нам в особом отношении к содержанию текста (содержательный), к аккомпанементу (неагрессивная аранжировка, негромкое исполнение), к специфическому образу автора (повествовательная подача творческого материала, костюм, как и у слушателей) и т. д.


Не полностью понято, на наш взгляд, и понятие самодеятельность, а в этой связи и КСП. Многие исследователи считают (и мы с ними согласны), что самодеятельность должна выполнять функцию школы профессионального мастерства. Клубы - это «сито», отсеивающее несерьезное отношение, низкий уровень способностей и просто лень, вместе с тем это и возможность самореализоваться, попытка стать в один ряд со своими кумирами.


Нам видятся и негативные стороны современной авторской песни, тупиковые пути ее развития. Как писали Ильф и Петров, автомобиль изобрел пешеход, но про это быстро забыли. Рождение авторской песни было связано, прежде всего, с исполнением стихов под гитарный аккомпанемент. Ее главными характерными чертами были поэтическая строка и доверительная задушевная интонация, сразу отличавшие ее от лживой заказной официальной эстрады. Авторская песня, потеряв много отличий от профессиональной, официальной, перенимает вместе с ее плюсами и минусы: бедность текста в угоду толпе становится все более частым явлением, приоритет внешних форм над внутренним содержанием. Это неизбежно при всевозрастающей массовости.


Многое из того, что по инерции и недомыслию или из корыстных побуждений сегодня называют авторской песней, давно уже по существу срослось с эстрадой, отличаясь от нее, пожалуй, только более низким исполнительским уровнем, и интегрировалось в рыночную систему шоу-бизнеса. Рыночные отношения, циничный прагматизм, западная масс-культура, хлынувшие в наше общество, не могли не сместить нравственные критерии социума. Люди теперь приходят на концерты отдыхать и развлекаться.


Наиболее показателен в этом отношении как раз Грушинский фестиваль, реально отражающий сегодняшнее состояние авторской песни в России. Вместе с огромной пользой, которую он внес и вносит в движение авторской песни, этот фестиваль впитал в себя и негативные тенденции современного АМСТ. Главным событием, основой фестиваля является итоговый ночной концерт. Сцена - плот в форме большой гитары, ярко освещенной прожекторами, - озвучена громогласными репродукторами. Огромная аудитория, сидящая на гигантском склоне горы, невидимая для поющих, делает невозможным живой контакт исполнителя и слушателей. Публика активно включаются в действие даже не аплодисментами, а ревом и свистом, нередко подогретыми горячительными напитками. Это уже не концерт авторской песни, по мнению некоторых, а грандиозное супершоу, живущее по закону толпы, где ценят только умеющих ошарашить, оглушить или рассмешить. Нелицеприятное решение жюри для непризнанных и отвергнутых конкурсантов становится зачастую личной трагедией. Составители концертной программы вольно или невольно вынуждены идти на поводу у толпы, попсовые вкусы которой оставляют желать лучшего. Получается, что многим талантливым поэтам, авторам музыки на главном фестивале авторской песни сложно самореализоваться. Они могут показать мэтрам свои песни и стихи только на творческих мастерских, для которых у корифеев очень мало времени и места. Присутствие на фестивале людей, не связанных с авторской песней, преследующих цели различных социальных и государственных сил, идет в разрез с целями авторской песни как таковой.


Изменилась эпоха. Страна стала другой. Исчезла столь привлекательная запретность яростных обличительных песен Галича и Высоцкого, многие герои и антигерои этих песен переместились во вчера и стали предметом истории. Столь грозный некогда «магнитофониздат», так же как и самиздат, потерял свою актуальность в пору открытой печати и декларируемых свобод.


Очень часто шоубизнес использует позитивный образ авторской песни в своих корыстных целях, дискредитируя ее. Мы должны понимать, что это другая культура, фальшивка, подмена, стилизация, исключительно коммерческий проект. Настоящие ценители авторской песни, несомненно, уловят неискренность, наигранность такого рода выступлений. В наше время не гитарный аккомпанемент (песня может звучать и под любые другие музыкальные инструменты), а именно поэтическая строка, является главной отличительной особенностью авторской песни.


Ведущие авторы первого поколения - Булат Окуджава, Александр Галич, Владимир Высоцкий, Юлий Ким, Новелла Матвеева, Юрий Визбор, Ада Якушева, Михаил Анчаров, Юрий Кукин и др. - прежде всего талантливые поэты.


Причастность к поэзии в полной мере относится и к творчеству Сергея Никитина, Виктора Берковского, Александра Дулова, Евгения Клячкина, Александра Суханова и других авторов мелодий на стихи профессиональных отечественных и зарубежных поэтов. Те, кто сегодня исполняет свои песни в рамках жанра, хотят они этого или нет, должны постоянно помнить об этой высокой поэтической планке. 

Чтобы понять современные тенденции развития АМСТ, мы встретились с рядом известных тюменских деятелей в области авторской песни. Один из них Н. Н. Старченков – тюменский бард, известный на всю Россию.


6. 05. 2002 г. мы взяли у него эксклюзивное двухчасовое интервью, в котором он изложил свой взгляд на авторскую песню. Собеседник полагает, что явление развивается, претерпевая изменения по объективным причинам развития общества. И высказывания различных известных авторов-исполнителей о «смерти» авторской песни вызваны ревностью, ревностью к молодости, к молодым, более талантливым, но менее известным авторам. Вместе с тем он считает, что нет существенных отличий между профессиональными и самодеятельными авторами. Ему кажется, что и Юрий Антонов, и Андрей Макаревич и др. являются сочинителями авторской песни. Он думает, что гитара не является современным атрибутом автора-исполнителя. Сам Н. Старченков широко применяет в своем творчестве синтезаторы и другие музыкальные инструменты. Он приводит в пример А. Дольского, С. Никитина, О. Митяева и др., которые тоже применяют весь спектр музыкальных возможностей.


Интересна мысль высказана им по поводу КСП: «КСП дает право на ошибку», т. е. во время выступления автор может ошибиться, позабыть слова от волнения, перепутать аккорды, и публика это простит и поймет. Самодеятельность - это средство, при помощи которого начинающий автор пробует свои силы. Но это лишь промежуточный этап на пути к профессионализму. На этом этапе автор набирается опыта выступлений, оттачивает свое мастерство, знакомится с творчеством других авторов и соотносит его со своим, меняется в лучшую сторону. Те же авторы, которые не могут или не хотят творчески расти, остаются в самодеятельности навсегда. Их уровень низок. Очень сложно писать хорошие песни и заниматься еще каким-то другим делом, поэтому авторы-любители, достигая определенного уровня, попадают в профессионалы. Очень сложно определить ту грань, которая разделяет любительство и профессионализм. Не достаточно сочинить хороший текст и музыку. Юрий Лорес - исследователь феномена авторской песни считает, что она вообще часть прежде всего театрального искусства. Надо еще и грамотно его подать: записать диски и кассеты, проследить за их продажей, подготовить выступления на концерте. В отличие от сборных выступлений КСП, индивидуальный концерт не дает право на ошибку. Н. Старченков считает, что сцена предъявляет ряд требований к выступающему, будь то профессионал или самодеятельный автор: «Человек, приподнятый над всеми пусть на 20 см, завладевший всеобщим вниманием, выйдя к микрофону, должен отвечать перед обществом за свое выступление». 

Заметно, что современная публика стала требовательнее, ее уже не устраивают низкокачественные записи. Современный слушатель получил широкий доступ к мировой музыкальной культуре, стал более разборчив. Прогресс в звукозаписи за последнее десятилетие огромен. Заметен рост мастерства как профессионалов, так и любителей. Качество аранжировок и звука советского периода развития музыки в нашей стране ни в какое сравнение не идет с современным.


Н. Старченков полагает, что, когда речь идет о возможности заработать большие финансовые средства, всегда найдутся люди, которым этим займутся. Самиздат при советской власти, во всяком случае в последние годы своего существования, представлял собой некую подпольную нелегальную организацию, мафию, которая зарабатывала огромные средства, раскручивая тех же О. Митяева, А. Розенбаума (цена записи 90-минутной кассеты была в пять раз выше, чем концертное выступление) и других. После одного концерта в Новосибирске, кассеты А. Галича через несколько дней продавались по всей Сибири. Казалось бы, запрещенное творчество. Это наводит на мысль, что на самом деле негласное разрешение было. Доходы от этого подпольного бизнеса частично шли в карманы к партийным и комсомольским работникам высшего звена. Публично осуждая движение авторской песни, негласно власть не препятствовала развитию АМСТ (исключения достаточно редки, например А. Галич). Легализовавшись в последнее десятилетие, АМСТ стала частью шоубизнеса. Как и прежде, авторы вынуждены во многом зависеть от посредников. Так называемые продюсеры, оставаясь в тени, имеют основной доход с продаж авторских произведений. Лишь немногие авторы могут позволить себе быть независимыми: либо те, кто уже широко известен и (или) имеет достаточные финансовые средства на свой промоушн, либо, кто имеет мецената (что бывает крайне редко) или спонсора. Н. Старченков рассказал нам случай, когда ему позвонил неизвестный из Н. Новгорода и спросил, где купить недавно вышедший альбом автора. Когда Н. Старченков сказал, что тираж распродан, неизвестный спросил, сколько надо денег для нового тиража. Кончилось дело тем, что нижегородец полностью профинансировал новый выпуск этого альбома (порядка нескольких тысяч долларов), а взамен попросил один диск и одну книгу стихов с автографом автора. Но это скорее исключение, чем правило.